Журнал "Страстной бульвар", №10 2006г. , рубрика "Премьеры Москвы". Текст: Адель Ткаченко

Художественный руководитель Московского Армянского театра и главный режиссер Слава Степанян представил в начале мая на сцене центра им. В.Высоцкого свой спектакль по пьесе Вильяма Сарояна «Эй, кто-нибудь!». Постановки пьес этого автора — явление редкое. На протяжении всего творческого пути В.Сарояна волновали вечные вопросы и проблемы, душа простого, маленького человека, способного на поступок. Пьеса «Эй, кто-нибудь!» — это история, в которой человек попадает в пограничную ситуацию, сохраняя при этом благородство и чувство собственного достоинства. Главный герой (Карэн Тер-Мартиросян) становится жертвой безрассудной жен-шины (Софья Торосян), которая из-за уязвленного самолюбия готова уничтожить его, бросить на расправу сообщникам-убийцам, среди которых ее ослепленный любовью муж (Артак Шоли-нян). Время дейсгвия пьесы — 30-е годы прошлого века. В Америке — это время отчужденности, потери духовности, опьянения от вседозволенности, когда миром правили оружие и деньги. Веши, способные слабых сделать сильными, а жестокость оставить безнаказанной. Время - холодное и безнравственное, серое и циничное, не располагающее к искренности и сочувствию.
Сценография спектакля подчеркивает эту безысходность — мрачное, неуютное пространство из металлических пластин и круглая небольшая площадка по центру. Здесь нет ничего «живого», теплого, светлого, что давало бы хоть какую-то надежду на спасение. Разврат и ложь, ненависть, предательство и жестокость. Трудно представить, что здесь есть место любви. Но именно это сильное и светлое чувство, словно наперекор всему, выросло и окрепло, дало корни и распустилось, осветив чуждое ему пространство яркими красками и надеждой на спасение. Оно придало главным героям пьесы смысл жизни и стремление к переменам, дало им силы и подарило веру. «Прочно сшитый спектакль» выявил и четко показал основную тему — страдания человека, его борьбу с внешними обстоятельствами, нежелание подчиниться, умение противостоять им, даже если за этим — смерть.
Практически в каждой детали спектакля присутствует образ Христа-мученика, принявшего на себя грехи человечества. Это и люстра в тюрьме, сделанная из ключей, символизирующих «свободу», и повисшая над головой героя, словно терновый венец, причиняющий ему боль при каждом прикосновении, это и тень в форме распятия. Страдания, мучения и, в конечном итоге, смерть как освобождение — основной мотив спектакля. Но эти страдания были бы бессмысленны без любви. Маленькая, беззащитная семнадцатилетняя девочка Эмили (Ани Мурадян) пробудила в главном герое чувство ответственности и нежности, которое возродило надежду и породило душевное спасение. Желание уйти от действительности, сбежать из тюрьмы, в которой пребывает герой не только физически, но и морально, — преображает его. Он становится веселым и жизнерадостным, влюбленным и почти счастливым, но стоит на какое-то мгновение остаться одному, как он снова «примеряет» терновый венец страданий, видит несправедливость и жестокость окружающей действительности и обстоятельств, обреченность и безвыходность, словно все горе мира впускает в себя. Он принимает смертельный поцелуй и с ним сгорает в огне Эмили. Они уходят из жизни, чтобы воссоединиться навсегда. Режиссер создал очень грустный и откровенный спектакль о любви и смерти, о страданиях и самопожертвовании. Отличная работа с актерами и продуманные детали позволили раскрыть самую суть пьесы, обнажить ее нерв, привнести ту окраску, которую отличает благородство души и безграничный талант.
Между спектаклем «Эй, кто-нибудь!» и другой постановкой Славы Степаняна — «Голос человеческий» Жана Кокто — много общего. Жан Кокто французский драматург, абсурдист, мис тификатор, один из великилюдей своего времени. Его произведения — шедевры, его талант - безграничен. Он проявил себя в искусстве, заняв прочные позиции и внеся то новое и неповторимое, что отличает его от современников. В 1930 году Ж.Кокто пишет пьесу «Голос человеческий» - это история страданий и бессмысленности жизни покинутой женщины, до безумия влюбленной и готовой ради любви пойти на любую жертву. Белая комната, яркие красные и черные пятна — сценография в точности следует ремарке драматурга. Выходит Она (Зита Бадалян). Белая кожа, черные волосы, потрясающая глубина глаз. Она начинает свой монолог. Спокойный тон постепенно сменяется криком отчаяния и ужасающей безысходности. Она одна, он ее оставил. Окружающий мир рухнул, жизнь потеряла смысл. Любви больше нет рядом. Все, что осталось, — это лишь письма и его белая рубашка. Она надевает ее, словно примеряя кожу, пытаясь ощутить тело любимого, неосознанно становясь заложницей веши. Расставания — это всегда тяжесть и боль, сердце не выносит этого, жизнь постепенно покидает ее. капля за каплей, оставляя место безумию и всеуничтожаюшему одиночеству. Зеркало стало предателем, потому что в нем нет его отражения. Телефон вызывает чувство ненависти, он «громко» молчит, вещи -все, абсолютно все напоминает о нем, о том недавнем настоящем, которое резко стало прошлым. Актриса словно вынимает из себя душу, обнажая ее самые потайные уголки. Резковато-нежная пластика. Героиня хрупкая, словно статуэтка. Она от одиночества и безмерной боли сходит с ума. Ее окружают люди-призраки, люди-маски, се внутреннее желание — снова стать маленькой беззащитной девочкой. Ее собеседник — она сама. Безумие или реальность, вымысел или нежелание принять обстоятельства? Поступками героини правит одиночество и боль, тени, зеркало, телефон, воспоминания стали се окружением, прошлое — реальной жизнью. Смерть для нее - выход из игры в жизнь. Она умирает, пронизывая каждую частичку своего тела его голосом, единственным, что у нес осталось.
Два спектакля Московского Армянского театра тесно связаны обшей темой - общей нитью безысходности, страданием души, трагическим финалом, но и способностью человека пожертвовать собственной жизнью ради любви. Герои В.Сарояпа и Ж.Кокто в постановках Славы Степаняна. — люди, не готовые принять внешние обстоятельства, но способные на поступок.

Наш буклет

Tripadviser

Мы в соцсетях